Пригорюнилась девица

на террасе у дворца,

всё глядит - уже ль не видно

на дороге молодца?

Заскучал уже давно

у неё дракон в подвале -

соискателей руки

две недели не давали.

Белолица и мила,

и дракон вам тоже скажет,

отчего же к ним добыча

так голов давно не кажет?

Истерзались, извелись…,

нету рыцарства в помине,

оттого тоска такая

на девичьей “половине”.

Бородатый дуралей -

папа, стало быть, принцессы,

царства держит половину

для бродячего повесы,

только слух прошёл, должно,

или земли оскудели -

меркантильных остолопов

позабыли, когда ели…

Невозможная тоска

в захолустье тридесятом

и дракон нудит девице,

что запишется пиратом,

от папаши - проку мало -

только дремлет на престоле,

и принцесса на террасе,

будто горлица в неволе.

День за днём текут в печали:

нету страсти на мордасти,

только горечь у дракона

на зубах иссохший пасти,

развлечений никаких -

разве - зеркало да кофе.

Право слово, что Христу,

веселее на Голгофе…

cats cradle